Posted On: Среда, Март 31st, 2010 at 1:24 дп
В скульптуре удачнее других оказались те решения, где жизнелюбие и радость бытия претворились в образах страсти и борьбы. Чем дальше от тепличности, чем напряженнее реальный конфликт, тем выше цена победы. Этим и хороши работы Виталия Ширшова (например, «Ветер») или Юрия Мацкина («Скульптор.).
Привлекательны и те работы, где переживание полноты и радости бытия выражено через самозабвенное слияние человека с природой, с мировыми стихиями. Таковы, например, скульптуры эстонской ваятельницы Тийу Кир-сипуу – артистичные, непосредственные. Или «Прощание с детством» киргизского скульптора Арстанбека Шершекеева. В этой фигуре всадника есть колдовская сила, роднящая ее с архаическими скульптурами древних степных племен Азии.
Наконец, ряд произведений графики достойно завершает весь этот раздел. Полнокровная жизнь (именно жизнь, а не ее бледное подобие) запечатлелась в работах В. Беляева, А. Селиванова. Увлекательно кипит жизнь толпы в рисунках Людмилы Елфимовой и офортах Райтиса Звирбулиса. Напор, страсть, волнение есть в листах Елены Акопян, Петра Анненкова и других.
Особо хотелось бы сказать о литографиях литовского мастера Андрюса Пуйпы. Они, можно сказать, до неистовства повествовательны. Художник ненасытен в деталях, он не устает рассказывать о разных разностях – о мелочах быта, о работе и досуге, о семейных связях и коллизиях, о фантазиях и чудесах, вторгающихся в прозаическое существование, фантастическая сказка сплетается с бытовым анекдотом, и в конечном итоге получается, что нам повествуют не более и не менее как о таинственной неисчерпаемости бытия, о бесконечности мироздания, не выходя за пределы комнаты, улицы, двора. Волнует, тревожно радует этот неисчерпаемый космос.
Tags: Искусство
Categories: Искусство